ars_el_scorpio (ars_el_scorpio) wrote,
ars_el_scorpio
ars_el_scorpio

Categories:

О конфликтах прав и свобод 2

«Добрым словом и пистолетом можно добиться гораздо большего, чем просто добрым словом.»
Аль Капоне, большой специалист по вопросам частной собственности.

В прошлой теме г-н shevalex усиленно начал рассуждать о том, что в свободном обществе никакое принуждение не допустимо, а всё должно быть основано на добровольных взаимовыгодных договорах между физическими/юридическими лицами.
Разумеется, добровольные взаимовыгодные договора — это хорошо (другое дело, как определяется «добровольность» и «взаимовыгодность» таких договоров). Вот только возникает один вопрос: как обеспечить соблюдение условий заключённого договора?
Напоминаю, что основным принципом капитализма является получение личной выгоды, а основным мотивом к действю — стремление к получению личной выгоды. Однако получать от других лиц деньги или товары, ничего не отдавая взамен, зачастую для личности гораздо выгоднее.
Помните песню «если кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет»? А не хочет честно жить именно потому что нечестная жизнь приносит значительно больше денег.
Например, можно заключить договор, получить от партнёра оговоренный предмет сделки, самому ничего никому не передавать, а на все претензии самого потерпевшего и третьих лиц отвечать глубокомысленными рассуждениями о «свободе человека» и «недопустимости принуждения».

Разумеется, обманщику, мошеннику и вору другие люди могут объявить бойкот — вовсе прекратить любые экономические отношения и разорвать социальные связи с человеком, опозорившим своё доброе имя нарушением общепринятых норм поведения. Однако это подходит только для весьма малочисленного общества, где каждый человек на виду у всех остальных. То есть идеи Мизеса, которым следуют правые либералы, применимы только для отдельно взятой деревни на сотню-другую человек, потому что население города (не говоря уже о стране) знать всех мошенников в лицо просто не сможет.
Более того, даже если просто объявить «великим комбинаторам» бойкот, они от «сравнительно честных» способов получения денег и товаров перейдут к явной уголовщине, совершаемой тайно (кража) или явно (грабёж), в том числе с применением опасного для жизни и здоровья насилия (разбой), а также организованной группой лиц (бандитизм).
То есть наличие частной или общественной собственности (в том числе находящейся в личном пользовании конкретных членов общества) уже само по себе требует наличия механизмов защиты этой собственности от чужих посягательств. А механизм такой защиты у либерализма только один — старое доброе насилие.
Разумеется, существуют и другие механизмы — нравственные, однако их работа требует наличия между людьми социальных связей, от которых либерализм индивидуума стремится «освободить», поскольку они мешают установлению экономическим отношений.
«Мой дом — моя крепость», — говорят англичане, однако крепость крепка не стенами, а людьми, которые защищают эти стены с оружием в руках, то есть применяют силу против захватчиков.

Однако вернёмся к договорам.
Разумеется, каждый человек обладает свободой, в том числе заключать договоры и обговаривать условия этих договоров. Но этой свободой он обладает, только пока не подписал договор, а после этого свобода заключать договоры сменяется обязанностью соблюдать требования и исполнять условия заключённого договора.
Представим себе, что вышеупомянутый г-н shevalex (в миру Алексей Шерстнёв), являющийся с 2008 года эффективным и успешным частным предпринимателем, заключил договор с неким г-ньм О. Бендером, который своего делового партнёра в конце-концов просто взял и «кинул» — продал товар «второй свежести» или, наоборот, не расплатился за полученный товар.
Что сделает в такой ситуации эффективный и успешный предприниматель?
1. Попробует своими силами — набъёт морду, пригрозит пистолетом и т.д — принудить «делового партнёра» исполнить условия заключённого договора или компенсировать ущерб. То есть грубо нарушит права и свободы другого человека путём приминения насилия.
2. Обратится к карательному органу столь нелюбимомого государства с просьбой совершить в отношении «делового партнёра» насилие, определённое нормами действующего законодательства, с целью его принудить к исполнению взятых на себя обязательств или изъять определённое количество материальных ценностей в качестве компенсации.
3. Обратится к бандитам в частное охранное предприятие с той же самой просьбой, которую указанная группа лиц исполнит, руководствуясь своими понятиями правилами применения насилия и изъятия материальных ценностей.
4. Утрётся и пойдёт подсчитывать понесённые убытки, которые очень скоро увеличатся после очередного знакомства со следующим «великим комбинатором».
Как в такой ситуации поступит г-н shevalex и другие либеркакихтамцы?

Понятно, что единственный вариант, удовлетворяющий условиям «свободы личности» и «недопустимости насилия», является тупиковым. Это простая положительная обратная связь — чем меньше будет негативных последствий от мошенничества, тем больше вокруг будет мошенников.
То есть угроза применения насилия с целью принуждения к исполненю условий заключённого договора было, есть и будет в капиталистическом мире единственным механизмом, гарантирующим исполнение договора сторонами.
Однако нужно понимать, что более богатый участник экономических отношений имеет больше возможности для применения насилия. Таким образом при большой разнице между объёмами имеющихся денег богатый человек получает подавляющее превосходство в силе, что позволяет ему применять насилие не только для защиты своей собственности, и не только для принуждения к исполнению добровольно заключённых договоров, но и для отъёма чужой собственности и принуждения к заключению договоров, заведомо невыгодных для слабой стороны.
И не надо говорить, что дело здесь в чиновниках, которых могут подкупить обладатели больших денег. Ведь если убрать государство с его монополией на насилие и разрешить частным юридическим и физическим лицам приобретать и применять любые виды оружия и военной техники, каждая из корпораций тут же организует свою небольшую армию — просто для создания гарантий исполнения договоров, заключаемых с другмим корпорациями. В свою очередь наличие небольшой, но вооружённой до зубов армии позволит каждой корпорации разговаривать с мелкими компаниями и физическими лицами (не имеющими в своём распоряжении бронетехники и тяжёлых орудий) диктовать свою волю на языке грубой физической силы. Начнёт действовать «право силы», согласно которому слабые никаких прав не имеют и иметь не могут.
То есть в результате укрупнения капитализма правый либерализм выродится в новый феодализм.

А теперь вопрос №2 — почему г-н shevalex и другие либеркакихтамцы усиленно делают вид, что не понимают этого?

Запись опубликована Логово скорпиона. You can comment here or there.

Tags: Жежешечка, Капитализм, Поликлиника почтальона Печкина
Subscribe

  • Гитлер, Геббельс, Гиммлер, Геринг и Шендерович

    Очередной борзописец в преддверии Дня Победы попытался набросить дерьма на вентилятор. Очередное "мы сотрудничали с Германией", "мы развязали войну",…

  • Пыздэц

    Мой прадедушка работал на стройке под Москвой в послевоенное время. Когда построение дома закончилось, осталась одно дело – надо было повесить…

  • Мультирасисты

    задолбали расисты? Меня — тоже. Терпеть не могу расистов — ни белых, ни чёрных, ни жёлтых, ни коричневых, ни арабских, ни еврейских, ни якутских,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 49 comments

  • Гитлер, Геббельс, Гиммлер, Геринг и Шендерович

    Очередной борзописец в преддверии Дня Победы попытался набросить дерьма на вентилятор. Очередное "мы сотрудничали с Германией", "мы развязали войну",…

  • Пыздэц

    Мой прадедушка работал на стройке под Москвой в послевоенное время. Когда построение дома закончилось, осталась одно дело – надо было повесить…

  • Мультирасисты

    задолбали расисты? Меня — тоже. Терпеть не могу расистов — ни белых, ни чёрных, ни жёлтых, ни коричневых, ни арабских, ни еврейских, ни якутских,…